Глава 4. Явление и речение

Ломоносов в середине восемнадцатого столетия еще не знает никаких предложений. В своей «Грамматике» он говорит о речениях. Правда, его речения могут быть равны и одному слову. Так что это не совсем предложения, как мы их понимаем сейчас. Но это определенно изречения.

То есть то, что речется изнутри наружу, становясь речью. В сущности, являет себя в речи. Что это, в первом приближении, понятно: мышление, логос, разум. Но и они лишь отражают движения души. Так что в речи являет себя душа. Но изучение речи не становится психологией, то есть не дает познания души. Почему?

Похоже, потому что речь слишком образна, слишком ярка Глава 4. Явление и речение, она захватывает наше воображение и становится самоценной. Начав изучать речь, мы попадаем в ловушку и обнаруживаем себя изучающими речь и только речь. Как дети, играющие в кубики, не видят ни того, из чего они сделаны, ни того мира, из которого они пришли и в котором возможны.

Следующий шаг в осмыслении себя показывают логики. Они берут речь, выбирают из нее только «формальные знаки» и принимаются играть только в них, не видя больше не только того, что скрывается за речью, но и самой речи.

Речь являет собою нечто, что уже не есть душа, но еще и не речь. Речь являет душевные движения Глава 4. Явление и речение, которые, проходя сквозь тело и его части, заставляет их двигаться и напрягаться определенным образом. Когда сквозь эти напряжения пропускается воздух из легких, ткани начинают звучать и рождаются речения — от охов до слов и предложений.

Но поскольку предложения придумали лишь в девятнадцатом веке, рождается нечто иное, что лишь присвоило себе это имя. Думаю — высказывания. В них-то душа и являет свои движения, выпуская из себя образы, которые воплощаются отнюдь не в звучания, а в телесные напряжения. Каждому образу, который может быть высказан, соответствует свой рисунок телесных напряжений. Так что, выражение, что душевные движения проходят сквозь тело и, чтобы заставить его прозвучать Глава 4. Явление и речение, напрягают определенным образом, не является лишь «образным выражением». Душа действительно напрягает тело определенным образом.

Она прямо вкладывает этот образ, который собралась передать, в тело, и тело звучит речью. Наверное, это возможно не со всеми образами, а только с очень простыми, из которых и складывается речь, с одной стороны. А с другой, из которых складываются сложные, большие образы, которыми просто так не прозвучать. А значит, которые и не явить иначе, как по частям, то есть через речь. А явить надо.

Наша речь, которой мы так восхищаемся и гордимся, в действительности — болезненный плод приспособления к жизни в этом неуклюжем Глава 4. Явление и речение теле. Воплощать образы своей души в речь так же просто, как управлять роботом-манипулятором, стоящим на космической станции, с земли.

Тело очень плохо приспособлено для передачи душевных движений. Выразить себя душе до боли трудно. Вот потому русский язык так обилен в отношении слов, обозначающих способы явления того, что внутри, наружу. Мы знаем заявления, объявления, изъявления, высказывания, изречения и многое другое, что содержит предлоги, обозначающие одно и то же: путь наружу.

Путь один и тот же, а вот его использование в каждом случае разнится. Почему?



Потому ли, что это разные действия? Или же потому, что это действия с разными Глава 4. Явление и речение образами, то есть несущие разные смысл и значения?

Пока я не в силах ответить на этот вопрос. Но ясно одно: рассуждая и думая, я не только решаю внешнюю задачу, я постоянно соотношу ее с чем-то в душе. И только поэтому у меня рождается суждение, в смысле оценки и суда. Я сужу о происходящем не механически, не формально. В основе способности судить лежит возможность соотнести то, что я нахожу в мире, с чем-то в душе. По сути, любое суждение — это оценка того, насколько мне выгодно то, что происходит, и как сделать это выгодным. Но выгода эта душевная.

Пожалуй, лучше было Глава 4. Явление и речение бы говорить даже не о выгоде, а о желанном и возможном. Какое бы суждение я ни производил, но за ним оценка того, насколько трудно это достичь, если оно желанно, и насколько важно этого избежать, если оно нежеланно.

В суждениях душа прокладывает свой земной путь. К сожалению, заигрываясь в формальные кубики, мы перестаем видеть это и подменяем действительность её значками. В этом игрушечном мире могут родиться утверждения, вроде того, что высказывание «железо есть металл» — это суждение. Это не суждение.

А вот высказывание «золото — хороший металл, но в бою сталь лучше» — суждение. Просто потому, что оно ведет душу, а первое высказывание — нет Глава 4. Явление и речение. Суждения принадлежат тому, кто судит. Собственник суждений использует их для чего-то, и всегда для чего-то. Бессмысленных суждений и рассуждений в жизни не бывает.

Живые рассуждения могут быть глупы, но они не могут быть бессмысленны. В жизни они всегда зачем-то. Они теряют это наполнение, только будучи превращены в формальные примеры силлогизмов. В таких случаях смысл уходит из этих речений и перетекает в более широкий слой сознания, в тот, в котором живет душа самого логика, использующего эти примеры. Использует она их всегда зачем-то и со смыслом.

Что в душе является собственником суда? То, что определяет смысл моего Глава 4. Явление и речение существования, то, что знает, зачем душа пришла, зачем она живет и зачем мне делать всё то, что я делаю по жизни. Все, что я делаю, даже то, что кажется порой пустым и бессмысленным, глубочайшим образом увязано с целями души и нужно ей зачем-то. Только задачи эти чаще всего оказываются столь сложны и запутаны, что мы не в силах рассмотреть, как одно связано с другим. Но то, что мы подслеповаты, не значит, что хоть что-то в нашей жизни случайно.

Все задумано и нужно. Вот только объем его так велик, что мы не можем охватить его Глава 4. Явление и речение единым взглядом. Тем не менее, он весь выпущен из себя, как клуб паутины, одним паучком, прячущимся где-то внутри и являющим себя в душевных движениях, образах, телесных напряжениях, речи и многом другом.

Чтобы понять живое рассуждение, этого собственника способности судить надо, если не видеть, хотя бы научиться ощущать. Тогда все в моей жизни обретет смысл и станет яснее.


documentagddtjl.html
documentagdeatt.html
documentagdeieb.html
documentagdepoj.html
documentagdewyr.html
Документ Глава 4. Явление и речение